Химия: дорога к славе. М.М. Левицкий

 

 

Слава — товар невыгодный, стоит дорого, сохраняется плохо.

Оноре де Бальзак

     Нет ничего плохого в том, что кто-то, приступая к исследованиям, сразу планирует стать знаменитым: жажда славы — хороший стимул. Впрочем, одного желания мало, полезно знать, какие пути ведут к признанию. Предостережем тех, кто рассчитывает на быстрый успех и, как следствие, на разные преимущества и удобства. Для химика, например, путь к вершинам славы не самый короткий, куда скорее можно добиться ее в шоу-бизнесе, спорте или политике. Зато на игровом химическом поле нет жесткой конкуренции и бескомпромиссной борьбы с противником. Свобода для творчества здесь исключительная, и кажется, что дорог к славе необычайно много. Нужно только выбрать кратчайшую.

     Как это сделать? Может, существуют какие-то секреты или специальные приемы? Для химика особых тайн нет, попробуйте последовать крупным предшественникам — они стали популярными благодаря своим научным трудам.

Нужно публиковаться

     Если вы провели исследование и опубликовали его результаты в научном журнале, можно считать, что ваше имя вошло в историю химии. (Все научные журналы хранятся в специализированных библиотеках со свободным доступом. Ни один из них не устаревает и не исчезает из фондов хранения. В библиотеках некоторых институтов можно и сейчас найти номера «Журнала физико-химического общества», изданные в 80-е годы позапрошлого столетия.) Ваше имя будет упомянуто не однажды: в оглавлении, в списке авторов данного номера, в авторском перечне последнего за текущий год номера. Когда журнал с вашим научным трудом поступит в редакции реферативных журналов (отечественных и зарубежных), в них появится краткое содержание вашей статьи, а значит, и ваше имя. Наконец, его приведут и в сводном авторском указателе. В итоге всего одной публикации вы будете упомянуты не менее пяти раз.

     На этом первом шаге к вершине важно выбрать самый престижный журнал. На сегодня существует больше 150 журналов, которые охватывают все области химии. Уровень значимости этих периодических изданий разный, среди них существует определенная иерархия. Так же, как в мире музыки популярность компакт-диска оценивается спросом покупателей, уровень журнала определяется частотой цитирования статьи в публикациях других изданий. Широко известная количественная величина, характеризующая популярность журнала, — индекс цитирования (Impact Factor).

     В числе химических журнальных лидеров — «Angewandte Chemie International Edition» и «Journal of the American Chemical Society». В них, как правило, появляются публикации о результатах самых интересных новых исследований. В эти журналы и нужно стремиться, но придется пройти предварительное и довольно придирчивое рецензирование.

     Индексы цитирования отечественных журналов заметно ниже. Может, наши исследователи публикуют результаты, которые ни для кого не представляют интереса? Вовсе нет. В них тоже есть замечательные работы, однако нерусскоязычные химики смогут ознакомиться с ними с некоторым запозданием из-за траты времени, необходимого для перевода на английский язык. А могут и совсем не узнать. Например, в статье российских ученых Д.А. Бочвара и Е.Н. Гальперн, опубликованной в 1973 г. в «Докладах Академии наук СССР», авторы описали гипотетическую молекулу С60, предложив ее форму в виде 60-вершинного многогранника. Но статья осталась незамеченной, а такое соединение в 1985 г. получили Ф. Кёрл, Г. Крото и Р. Смолли и назвали его фуллереном. В 1996 г. за это открытие им была присуждена Нобелевская премия.

     Итак, если вам удалось опубликоваться в авторитетном журнале (в том числе и в отечественном), считайте, что добились заметного успеха. Импакт-фактор существует не только у журналов, но и у отдельных статей и отражает частоту ссылок других авторов на ваше творение. Показатель этот искусственно увеличить фактически невозможно. Если вы начнете в последующих работах ссылаться на свое предыдущее исследование, ничего не изменится — при вычислении импакт-фактора самоцитирование не учитывается. Но ведь надо же знать, двигаясь к славе, на какой ступени к ней вы находитесь. Можно сказать, специально для этого существует персональный индекс цитирования (Citation Index), который указывает, сколь часто другие авторы ссылаются на ваши «замечательные» работы. Так вы поймете, каков уровень вашей собственной значимости.

     Но успех далеко не всегда определяется количеством опубликованных работ: Николай Николаевич Зинин стал известен благодаря лишь одной публикации. В «Бюллетене Академии наук» в 1848 г. он описал способ получения анилина из нитробензола восстановлением сероводородом (некоторые почему-то думают, что водородом). Примеры широкой популярности, пришедшей к автору одной или двух публикаций, существуют и в наши дни. Статья Ч. Педерсена, опубликованная в «The Journal of Physical Chemistry» в 1980 г., вызвала шквал цитирования. Эта 20-страничная публикация, из которой, как считали коллеги, можно было бы «нашлепать» десятки статей, привела к появлению нового класса соединений — краун-эфиров, а автор в 1987 г. был удостоен Нобелевской премии.

     Естественно, что популярность такого типа ограничена кругом профессионалов, работающих в той же области, что и прославившийся автор. Но до широкой известности пока далеко. Впрочем, можно пойти другими путями.

Повысить индекс цитирования

     Оригинальный способ для этого нашла группа химиков-теоретиков, которые создали очень удобный и весьма популярный сейчас программный продукт «Gaussian». С его помощью химик-синтетик может проводить вполне профессиональные квантово-химические расчеты. Если вы воспользуетесь этой программой, чтобы вычислить энергию образования молекулы, термодинамические функции или вид колебательного спектра, то получите результат в виде специального файла. В его начале содержится убедительная просьба процитировать имена авторов программы при публикации результатов. Просьба вполне естественна, несколько неожиданным оказывается количество авторов программы — их 58! Большинство химиков добросовестно цитируют этот внушительный список. Впрочем, у некоторых закрадывается сомнение — не шутка ли это (не сама программа, а просьба о цитировании). Ведь истинное признание уже получено: замыкающий список Дж. Попл в 1998 г. стал лауреатом Нобелевской премии за разработку вычислительных методов квантовой химии. Если остальные 57 авторов тоже жаждут признания (что вполне естественно), то вариант выбран неудачный: их слишком много, и слава неизбежно «разбавится».

     Гораздо правильнее поступил Г.М. Шелдрик, который, судя по всему, в одиночку создал программный комплекс SHELXTL PLUS, позволяющий расшифровывать результаты рентгеноструктурного анализа. Поскольку опубликованных структур с использованием этой программы очень много, индекс цитирования у Шелдрика гигантский.

     Добиться высокого индекса цитирования можно публикацией научного обзора в одном из специально для этого предназначенных журналах. Их индекс цитирования всегда выше, чем у обычных журналов. Надумав воспользоваться таким приемом для повышения своего рейтинга, полезно вспомнить, что по-настоящему хорошие обзоры, как правило, выходят из-под пера тех, у кого за спиной солидный опыт экспериментальной работы по теме обзора. Впрочем, можно приступить к новому направлению, начав именно с обзора, руководствуясь негласным правилом: «хочешь хорошо разобраться в теме, напиши обзор!».

     Достичь большого признания можно и без всяких научных изысканий — просто основать премию своего имени. Тогда оно будет упоминаться гораздо чаще, чем имена соискателей и лауреатов этой премии. Интересно, что такая возможность теоретически была у Николая Николаевича Зинина. В 50-х годах позапрошлого столетия он вместе с В.Ф. Петрушевским работал над созданием взрывчатой композиции на основе нитроглицерина, безопасной при транспортировке. В итоге был найден хороший вариант — пропитка нитроглицерином карбоната магния. Об этих поисках Николай Николаевич неоднократно рассказывал своему знакомому — Альфреду Нобелю — и, в сущности, подсказал ему идею динамита. Не будем, однако, преуменьшать заслуг знаменитого основателя Нобелевских премий, поскольку ему потребовалось не только создать динамит, но и проявить коммерческую жилку, организовать производство, накопить солидный капитал, чтобы создать фонд для премий.

Книга лучше индекса

     Следующий шаг по лестнице славы происходит у всех на виду и кажется простым и естественным. Если ваши исследования действительно представляют собой заметный вклад в науку, ваше имя станет известным широкому кругу химиков. Тогда любой автор при написании учебного курса или солидной монографии неизбежно вас упомянет. Появление вашего имени в книге — уже весьма солидное признание.

     Вот тут-то и открывается еще один путь к славе — самому написать книгу. Некоторые наиболее удачные монографии многократно переиздаются, а имена их создателей стоят в одном ряду с крупными исследователями. Иногда это одно и то же лицо.

     На следующую ступень признания вы взойдете тогда, когда ваше имя появится в именном указателе химической энциклопедии. В этом перечне не более 20 % из упомянутых в нем ученых удостоились такой чести при жизни. Однако истинная слава вас найдет лишь в том случае, когда ваше имя из именного указателя переместится в предметный. Способы достижения такого результата хорошо известны: следует открыть соединение или реакцию, которые будут названы вашим именем. В органической химии больше тысячи именных реакций (например, Вюрца, Фриделя-Крафтса, Чичибабина и др.). Надо только, чтобы ваша фамилия не была очень распространенной, иначе она будет упоминаться множество раз, но понять, где именно ваша, станет затруднительным. В существующем списке именных реакций 19 раз упоминается фамилия Фишер, между тем как они открыты шестью разными химиками. Значит, на каждого Фишера придется только шестая часть славы. Может, потому с 50-х годов именные реакции перестали появляться? Вместо них возникают такие трудно произносимые термины, как дисмутация, контрдиспропорционирование, кросс-сочетание, метатезис и т.д. Впрочем, если вам удастся найти действительно выдающуюся реакцию, современники наверняка присвоят ей ваше имя, невзирая на современные тенденции.

     С именными соединениями (соль Цейзе, основания Шиффа) дела обстоят примерно так же. В названиях новых веществ теперь стараются достичь зрительной образности — сандвичевые соединения, многопалубники, фуллереновые трубки. И все же стоит попытать счастья и, преодолев этот невидимый барьер, вписать свое имя в историю химии подобно Цейзе и Шиффу.

Прибор еще лучше

     Можно приблизиться к вершине славы самым незамысловатым и эффективным способом: придумать простой и удобный лабораторный прибор. Каждый химик, начавший работать в лаборатории, узнает множество именных приборов: колбы Арбузова, Бунзена, Вюрца, Кляйзена, Кьельдаля, Эленмейера; склянки Вульфа, Дрекселя, Тищенко; горелки Бунзена, Теклю; воронки Бабо, Бюхнера; чашки Коха и Петри. Есть еще холодильник Либиха, сосуд Дьюара и вискозиметр Уббелоде. Аппарат Киппа многим знаком со школьных времен, а о термометре Бекмана, экстракторе Сокслета и ловушке Дина-Старка узнают те, кто уже серьезно занялся химией. Действуйте в этом направлении, и ваше имя станет известно не только специалистам, но даже студентам химических вузов и техникумов.

     Если судить по именным приборам, то получается, что для восхождения на одну из высших ступеней славы достаточно придумать какую-нибудь колбу или воронку. Но это не совсем так, все перечисленные имена принадлежат не случайным людям, а первоклассным ученым.

     К сожалению, необходимо быть готовым к тому, что слава — вещь капризная и не всегда достается строго по справедливости. Возможно, некий крупный ученый провел фундаментальные исследования в какой-либо области химии, создал новое направление, но его слава может уступать в известности, например, В. Шленку. Это имя буквально у всех на слуху, потому что трубка Шленка используется в экспериментах многих химиков. Это цельнопаянный стеклянный прибор, в замкнутом объеме которого можно проводить целую цепочку превращений в вакууме или в инертной атмосфере. Одни емкости соединены между собой, а другие изолированы до тех пор, пока не наступает очередь следующего реагента. В это время перегородка из стекла разбивается заранее помещенной в прибор стальной иглой, которая приводится в действие внешним магнитом в руках экспериментатора.

     Если вы хотите увековечить свое имя, создав новый прибор, то должны проявить чудеса изобретательности, поскольку сделать что-то столь же универсальное, как трубка Шленка, но принципиально лучшее, довольно трудно. Впрочем, в экспериментальной химии есть еще много неизведанных путей.

     Когда вы уже достигли истинной вершины славы, ваше имя станет известно не только химикам, но и людям других профессий, в том числе и тем, кто не имеет высшего образования. Из прославивших себя ученых прошлого очевидный лидер — Д.И. Менделеев. Его известность в последние годы явно возросла, поскольку массовое увлечение кроссвордами (а почти в каждом из них упоминается какой-нибудь химический элемент) вынуждает людей постоянно брать в руки его знаменитую таблицу.

     Не будьте излишне строги к рекомендациям по выбору путей, ведущих к химической славе. Делайте первый шаг, чтобы не упустить удачу. 

 

М.М. Левицкий, кандидат химических наук, Институт элементоорганических соединений им.А.Н.Несмеянова РАН, Москва

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *